Архимандрит Геронтий (Геною) (1910–1984) Жизнь Приснопамятный архимандрит Геронтий, духовник Бухарестского Патриаршего кафедрального собора, родился 21 июля 1910 года в селе Голешть уезда Арджеш. Рано оставшись без матери, он был призван Христом к монашеской жизни. Так, в 1928 году он поступил в братство монастыря Фрэсиней под окормление одного искусного духовника.
Затем был переведен в скит Лайнич уезда Горж вместе с иеромонахом Виссарионом (Тоей) и еще несколькими братиями для возрождения этого скита, пустовавшего около 30 лет.
Окончив монашескую семинарию монастыря Черника, он поступает на богословский факультет Бухарестского университета и заканчивает его в 1943 году, защитив дипломную работу по теме «Внутренняя дисциплина, или Формирование духовного человека».
Рукоположен в иеромонаха в 1941 году, в 1954–1958 годы был директором богословских семинарий в Бухаресте и монастыре Куртя-де-Арджеш. Начиная с 1950 года и до конца жизни, архимандрит Геронтий был чередным священником и духовником Патриаршего кафедрального собора в Бухаресте и самым любимым среди верующих духовным отцом. В 1980–1984 годы внес личный вклад в восстановление и духовное обновление скита святителя Николая в селе Ситару уезда Ильфов.
Весной 1984 года архимандрит Геронтий предал свою душу в руки Господа и был похоронен в возобновленном им скиту Ситару, оплакиваемый многочисленными духовными чадами.
Дела и изречения Одними из наибольших добродетелей отца Геронтия были любовь к ближнему и милостыня. Каждый день он ходил по больницам Бухареста и домам верующих страдальцев, где исповедовал, соборовал и причащал больных. Затем раздавал нищим деньги, созывал на угощение в свою келью священников, монахов и самых разных верующих, которым прислуживал сам. В другой раз посылал вспомоществование в бедные храмы и нуждающимся людям.
Одними из наибольших добродетелей отца Геронтия были любовь к ближнему и милостыня Однажды он рассказывал ученикам о своем родном монастыре, в котором принимал постриг:
– Монастырь Фрэсиней был основан в 1863 году святителем Каллиником, в те годы – епископом Рымнику-Вылчским, и богослужения в нем проводились по уставу Святой Горы Афон, откуда был выписан и первый настоятель. Все послушания здесь были общими. Каждый послушник и монах жил в послушании, и никто ничего не делал без благословения и повеления, поэтому в братстве царили великая тишина и гармония.
На послушании каждый хранил молчание и молился про себя молитвой Иисусовой. А когда несколько монахов шли куда-нибудь, один вслух читал на память псалмы, акафисты, молебен Пресвятой Богородице, повечерие и иные молитвы. Расстояния измеряли не в километрах, а говорили, что прошли «путь одного повечерия».
Об исповеди в монастыре архимандрит Геронтий рассказывал так:
– Все монастырские братия должны были исповедоваться раз в неделю, в пятницу. Святое Причастие также преподавалось еженедельно схимникам, старикам и больным, остальные же причащались Святых Таин раз в 2–3 недели, как назначит духовник.
Самым именитым духовником монастыря Фрэсиней тех времен был иеросхимонах Сильвестр (Флореску).
Рассказывал о своих предшественниках:
– Помню монаха Пимена, с которым нес послушание. Он пас коров. У него было светлое, радостное лицо, и он всегда творил молитву Иисусову.
Отец Климент, схимник, был очень молчаливым и много молился.
Монах Лазарь весь день трудился в саду и подбадривал братию, говоря, чтобы они проявляли терпение и подвизались в делании духовном.
Монах Никанор был пекарем и уставщиком. Он вкушал пищу только раз в день и каждый день читал Псалтирь, которую носил за пазухой. От нее оставался целым только корешок, но он знал ее наизусть.
Схимонах Трифон, преуспевший подвижник, пас на горе монастырских коз и днем и ночью не выпускал из рук четок, по которым молился.
Архимандрит Геронтий сказал еще о завещании святителя Каллиника:
– В монастыре Фрэсиней не было женщин, из чего монахи извлекали великую духовную пользу, поскольку были ограждены от множества опасностей и блудных искушений, ведь по причине женщин в монастырях бывает много соблазнов. Другая огромная польза – это духовный мир, царящий в монастыре, отстраненность от мира и погружение ума в Божественное, особенно в кельях и на святых богослужениях, дневных и ночных.
А о ските Лайнич говорил так:
– Величайшим духовником и настоятелем этого скита был преподобный Иродион (Ионеску), который был духовником и святителя Каллиника Черникского. Он проводил святую жизнь, и верующие называли его «Лайничской звездой». Отошел ко Христу в 1900 году и перед смертью предсказал, что Лайнич много лет будет стоять в запустении. Его пророчество исполнилось в точности.
О грехах архимандрит Геронтий говорил так:
– Первый смертный грех, с которым мы боремся, – это гордыня, а затем – неведение по причине нехватки духовных знаний. Из этих двух грехов рождаются остальные: пьянство, блуд, жадность, развод, детоубийство и ложь, прикрывающая все их.
Первый смертный грех, с которым мы боремся, – это гордыня, а затем – неведение по причине нехватки духовных знаний
Одного священника он наставлял так:
– С пьянством, блудом, разводами и детоубийством можно бороться хорошими проповедями, возносимыми священниками в храмах по любому поводу. Затем исповедью, молитвой, личным примером священника и чтением священных книг.
О борьбе с ересями и разными сектами сказал так:
– Для этого, прежде всего, необходимо образцовое поведение духовных пастырей. Затем красивые богослужения, совершаемые с благоговением, далее – милостыня, подаваемая нищим и вдовам, живая, превосходная проповедь, катехизация верующих, изучение религии во всех учебных заведениях, включая вузы, частая исповедь, посещение верующих на дому, познание православной веры, святая молитва и прочее.
Затем добавил:
– Святые монастыри всегда: и в прошлом, и сегодня – играли и играют важную роль в жизни румынского народа и в защите православной веры. Их воздвигло единство нации и единство веры, а защищали иерархи, священники, монахи и миряне. Католики, чтобы захватить Трансильванию и увести православных в унию, пушками разгромили все монастыри и скиты, потому что монастыри и монахи удерживали единство и православие за Карпатами и укрепляли верующих.
В другой раз архимандрит Геронтий сказал:
– Самым великим добрым делом для всех нас является милостыня. Жалость к подобным тебе людям – самая ценная и необходимая для нашего спасения добродетель. Ибо Господь говорит: «Милости хочу, а не жертвы» (Мф. 9: 13). Отсюда мы видим, что милость больше и молитвы, ведь она дщерь любви, а любовь – это Сам Бог (см.: 1 Ин. 4: 8). Милосердный христианин с легкостью совершает все добродетели, ведь Бог любви почивает в его сердце.
О священстве он сказал так:
– Священство – страшное дело. Оно полагалось ангелам, но Бог вверил его людям. Власть священника больше ангельской. Ангелы поставлены Богом на служение людям, но вот люди, каковы Матерь Божия и святой Иоанн Креститель, стали превыше всех Сил Небесных.
Ученикам своим архимандрит Геронтий оставил такое последнее слово:
– Свято почитайте монашеские обеты, облекая их в смирение, кротость и любовь к Богу, святым и людям. Чтите и исполняйте вероучения нашей Святой Церкви и других научайте им. Монахи, священники и верующие миряне да будут для всех примером, достойным подражания.
Старец Прокл родился 13 ноября 1928 года в румынском селе Митоку Бэлан Нямецкого уезда. В возрасте 12 лет ушел в монастырь Сихастрия, где 8 лет пробыл послушником и в 1948-м принял монашеский постриг. Монах Прокл был верным чадом архимандрита Клеопы (Илие) и всю жизнь свято следовал его слову. В 1959-м году в Румынии началась кампания по закрытию монастырей, откуда изгнали всех иноков, не достигших пенсионного возраста, в том числе и отца Прокла. Ему был 31 год. По благословению старца Клеопы он вернулся в родное село и стал вести отшельническую жизнь, затворившись в убогой хижине. В этом подвиге отец Прокл провел оставшиеся 58 лет и 27 января 2017 года мирно преставился ко Господу на 89-м году жизни.
Когда я ушел в монастырь, отца Клеопу забрали с послушания пасти овец и поставили настоятелем в обители. Отец Клеопа не тратил время зря, когда пас овец: он очень много читал святых отцов. Был один святой Иоанн-Иаков из Нямца, подвизавшийся в пустыне Хозева, рядом с Иерусалимом, где и умер, который искал для отца Клеопы хорошие книги. Я очень сильно чувствовал его (Иоаннa-Иаковa. – И.З.) милость к братии, я верю, что Дух Святой через него дотрагивался до их сердец, и все сразу жаждали покаяния и желали служить Богу.
Я очень многому назидался от отца Клеопы, потому что он с детства имел скучание по Богу. И больше всего в монастыре он любил послушание и отсекание своей воли.
При коммунистах, когда Румынией правил предшественник Чаушеску Георге Георгиу-Деж, отца Прокла хотели забрать в армию. В военкомате ему сказали, что если он пойдет в армию, то ему сейчас же дадут тысячу лей, и еще пообещали высокооплачиваемую работу после службы. Его спросили, сколько лет он уже в монастыре; отец Прокл ответил, что уже семь. Тогда его поставили на стол, позвали других призывников и попросили, чтобы он сказал им, что Бога нет. Отец Прокл обратился к окружившим его с такими словами: «Меня попросили сказать вам, что Бога нет. Но это не так: Бог есть!» Не успел он произнести это, как очутился лежащим на полу, и был сильно избит за свое исповедование.
Когда я поступил в монастырь, то только один год пробыл в Сихастрии. И патриарх Юстиниан (Марина), который тогда был, забрал меня оттуда и отправил в монастырь Слатина. Туда отправили половину братии, чтобы открыть общежительный монастырь. Коммунисты говорили, что нет Бога, а отец Клеопа – что Бог есть. И получалось, что было как будто две партии, и за это коммунисты хотели посадить отца Клеопу. Но благой Господь так управил, что они отошли. Я многим говорил и еще скажу, что отец Клеопа был чудесным батюшкой. Вряд ли когда увижу еще такого старца. Мы все по человеческому естеству можем грешить, но таких, каким был отец Клеопа, вряд ли найдешь. Даже когда к нему приходили очень большие люди или коммунисты, которые делали это тайно, чтобы не потерять свой хлеб, они сразу же менялись, стоило ему только заговорить. Чувствовалось, что Дух Святой, Которого он имел в себе, работал через него. От него я много узнал о сердечной молитве. Тот, кто жаждет сердечной молитвы и хочет ей научиться, должен быть девственником свои умом. Потому преуспевал в духовной жизни отец Клеопа, что имел святое смирение. От него никогда не хотелось уходить. Это не только у меня было такое чувство, но и у многих отцов.
Один батюшка из Слатины сказал мне: чтобы Дух Святой меня не оставил, я должен стараться никого не обижать. Очень часто он советовал монахам, чтобы они прощали братьев. Однажды в Слатине я почувствовал, что один брат – мой сокелейник – имеет что-то в сердце против меня, но я не был уверен в этом и не попросил тогда у него прощения, но решил помолиться за него. Потом на исповеди я сказал батюшке, который, как и отец Клеопа, исповедовал многих людей, что почувствовал, что этот брат обиделся на меня, и я должен был попросить у него прощения. Он спросил меня, как я уснул в тот день, когда это случилось: произнося молитву, или имея какой-нибудь плохой помысел, или думая о чем-то? Этим вопросом он очень помог мне, потому что я очень хорошо осознал в тот момент, что должен был попросить у своего соседа по келье прощения, сказав ему так: «Простите меня, и Господь да простит вас!» Но из-за того, что не сделал так, я потерпел поражение. Это важно, как ты засыпаешь: если произнося молитву, то Дух Святой помогает тебе обрести сердечную молитву.
Когда в Румынии начали изгонять монахов из монастырей, в Слатину пришли коммунисты и раздали братии анкеты для заполнения. Одним пунктом там значилось: «Я хочу уйти из монастыря». Отца Прокла силой заставляли подписывать эту анкету, но он ответил, что соблазнился об этих начальниках, поскольку думал, что только простые люди невысокого положения могут обманывать, а оказалось, что и занимающие высокие должности тоже. Тогда приказали отрезать ему бороду. Коммунисты подбодряли отца Прокла, чтобы он не горевал, а радовался, что лишился только бороды, а не головы. Безбородому отцу Проклу коммунисты посоветовали «держать рот на замке, чтобы тот не отправил его в другое место». А чтобы сделать оскорбление более чувствительным, безбородого отца Прокла обязали каждый день в течение двух недель ходить из монастыря в город отмечаться в милиции.
В Слатине были некоторые отцы, которые преуспевали в Иисусовой молитве, и я учился у них. И один из них мне рассказал, что однажды он уснул, произнося Иисусову молитву, и, проснувшись, почувствовал, что начал произносить молитву умом, и, продолжая произносить ее, почувствовал Святую Силу, Которая взяла его ум вместе с молитвой и отнесла в сердце. И там, в сердце, он беспрерывно произносил молитву. В конце концов Святая Сила так помогла ему, что взяла его, что он как будто бы выходил из тела. И он помнил слово одного духовного отца, который имел большой опыт делания Иисусовой молитвы и который говорил ему, что когда увидишь, что Святая Сила хочет взять тебя, то ты уже больше и не молишься, потому что настолько переполнен радостью, что уже не хочешь видеть этот мир. Этот батюшка говорил, что его так учили, что если ты молишься Иисусовой молитвой, то Дух Святой может взять тебя. Я точно знаю, что этот батюшка был взятым четыре дня, а потом снова вернулся. После этого он строго берег свой ум: старался не думать о времени и прочих пустяках. И когда я его спросил: «Когда ты был взят, то ты уснул?» Он ответил, что нет. Он творил Иисусову молитву, и когда Дух Святой вернул его, то тоже творил ее. И через некоторое время Святая Сила снова его взяла, и тогда он даже ни есть не хотел, ни отдыхать. Я вспомнил из Египетского патерика, как один отец ел раз в 40 дней, и думал, что это чудо, поскольку выше человеческих сил. Но если благой Господь помогает нам, то все возможно.
Братия избегали рассказывать эти тайны, боясь духа тщеславия. Если Дух Святой хочет помочь человеку поститься, то это чудо Божие. Но иногда Он оставляет нас, чтобы мы могли жить в смирении, потому что мы и в земном нуждаемся. И вот эти радости очень сильно чувствует тот, кто больше не смущается, если его кто-то ругает. Тот отец сказал мне, что если я хочу стать монахом, то я должен жить так, чтобы на меня никто не обращал внимания, чтобы мною пренебрегали и большие, и малые. Ты не имеешь права ни на кого обижаться – только так можешь достичь смирения. Дух Святой так помогает нам, чтобы мы могли достичь смирения, поэтому мы, насколько это возможно, должны стараться никого не обижать. Но часто случается, что помимо своей воли я обижаю кого-то из ближних своих. А если вижу, что кто-то не получает моего духовного слова, то я даю ему шуточку, чтобы он пришел в себя, чтобы исчезла злость из души.
Однажды к отцу Проклу пришли трое мужчин. Он сразу понял, что это образованные люди, а поскольку считал себя простым человеком, то не начинал первым беседу. Мужчины, желая испытать его вопросами, в свою очередь, хотели узнать, какими словами он их встретит. Так они молча и смотрели друг на друга. Но поскольку времени прошло достаточно, то отец Прокл заговорил первым: «Когда я умру, то бес меня возьмет в ад, потому что если человеку не нравится, как он живет, то и Богу не нравится». Тогда один из пришедших сказал: «Если бес тебя возьмет в ад, то что же говорить о нас?!» В ответ отец Прокл посоветовал им найти духовника и дал наставления о духовной жизни.
Приходят ко мне люди и говорят, что они колеблются в вере. Отвечаю им: будьте спокойны. Если не хотите колебаться, то поменяйте свою жизнь: плохую на хорошую. И тогда Дух Святой, по мере того как мы будем соединять смирение с покаянием и не будем засыпать с рассеянным умом, поможет нам. Вот эти искушения мы не можем сразу преодолеть. Те, кто хочет жить в покаянии, они все словно на весах. Грех и страсти будут нас бить об землю, и мы их будембить об землю через покаяние и сокрушение. И бесы будут стараться опускать нашу душу, а Дух Святой – поднимать. И если враг не может сокрушить нас напрямую, то действует через различные предлоги. Но Дух Святой помогает нам достигнуть добродетелей через смирение. А если у нас слабовато с этим, то искушения будут идти без остановки, чтобы мы увидели свою немощь.
Однажды шел снег, и не было никого вокруг моей кельи, и я услышал: «Знай, ты лучше, чем кто-то». Рядом лежали палки, которыми я стал бить себя и молиться при этом: «Господи! Ты знаешь, какой я грешник! Господи, не оставь меня!» И, несмотря на то, что смирился, я тогда «выпил свой кофе». Если через мой ум прошел помысл, что я лучше кого-то, то я уже упал. И никто не знает, что я падший, только один Бог и я. Господи, не оставь меня! И тогда я должен молиться за своих врагов. Господи, не наказывай их, прости их, Боже! И если я прошу для них прощения, то надеюсь, что Господь помилует и меня.
Сердечная молитва окружена многими ересями, многими ложными духами и подделками. И только тот, кто имеет духовника, сможет преуспеть. То есть если будет говорить своему духовнику, что нападает на него. И кто захочет говорить про сердечную молитву, тот никогда не закончит.
Сейчас надо читать Египетский патерик сколько возможно. Он дает очень большую пользу. Там описано много святых людей; когда читаешь его, то чувствуешь любовь, жажду покаяния и желание измениться. Но наша многозаботность мешает нам в этом. Иногда я хочу спрятаться, но не знаю где: куда бы ни пошел, опять себя нахожу. Молчать надо, сколько могу. Иногда человеку может придти мысль, что лучше бы все пошли в ад, а он пошел бы в рай. Мне такое не подходит. Я должен иметь милость к ближнему, и по ее мере сам принимаю помощь от Господа.
Ко мне приходят люди, которые говорят, что хотят спастись и изменить свою жизнь. И я жалею этих людей. Но иногда приходят такие, которые говорят, что не могут простить ближнему. Упаси Господи, помилуй их! Я стараюсь всех ко мне приходящих посылать в церкви к священникам, чтобы они поучали их. Стараюсь больше никому не давать советов. Этой осенью ко мне пришел один человек и сказал, что вот я сижу тут один и молюсь, и не могу плакать, что я заживо мертвый человек. И еще сказал мне, что я должен плакать не о том, что на земле, а то я обманываю и себя, и других, а о том, что меня ждет после смерти. Только тогда ум сможет пробудиться и больше не захочет быть в этом веке. Наш век очень обманчивый. Очень важно сохранить православную веру чистой.
Однажды отец Прокл ушел из монастыря Слатина в горы Нямца, чтобы жить там отшельником. Это была его первая попытка уйти в безмолвие. Никто из братии не знал, имел ли он на это благословение от своего духовника. Отец Клеопа сказал, что, может быть, такое благословение есть, но если это не так, то отец Прокл быстро вернется. Так и случилось. Через три дня отец Прокл вернулся и рассказал, что только он построил себе шалаш на краю одной лесной поляны, как к нему подошла стая свирепых кабанов. По своей молодости и неопытности отец Прокл сразу не понял, что под видом кабанов скрывались бесы. Он побежал от них по лесу к вершине горы, но навстречу ему бросилось еще больше кабанов. Он схватил палку, чтобы на бегу отбиваться от них. И вот восемь кабанов окружили его, а отец Прокл, поняв, что это бесы, потому что они имели очень мерзкий вид, начал от страху кричать на них. Кабаны-бесы начали кричать на него, и отец Прокл не смог молиться и стоял с открытым от удивления ртом. Тогда одна кабаниха бросилась на него и откусила ему палец. Отец Прокл только и смог подумать про себя, что если Господь спасет его от этих кабанов, то он обязательно вернется в монастырь. И только он это подумал, все кабаны отошли от него, а отец Прокл услышал голос, который спрашивал его: почему он не хочет терпеть эту напасть и быть растерзанным бесом, почему он не имеет послушания и ушел из монастыря? Вернувшись в монастырь, он, показывая всем откушенный палец, рассказывал, какой урок получил.
ПОУЧЕНИЯ ========
Давайте делать всё из любви!
Я рад, что вы – в поиске Господа Иисуса Христа. Кто держится Церкви, тот обретет рай. Кому Церковь мать, тому Бог будет Отцом. В противном случае мы зря возносим молитву «Отче наш». Кто возносит молитву «Отче наш», тот должен воспринимать Церковь как мать.
Дойдя до того места, где написано: «И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим», надо подумать, а не огорчили ли мы кого-нибудь чем-нибудь и не испросили прощения? И не просил ли у нас кто-нибудь прощения за какую-нибудь ошибку, а мы его не простили? Если я не делаю того, о чем говорится в молитве, значит, я лгу, когда молюсь, значит, я не родное чадо Бога.
Воистину, тот может говорить «Отче наш», кто прощает тем, кто причинил ему скорби, трудности, чем-то согрешил против него. Кто не прощает, тот, я не знаю, как он может возносить эту молитву? Такие люди жестоко ошибаются.
Сердце, питающее злобу, не принимает Духа Святого
Самая большая беда нынешнего времени – это вражда. Сердце, питающее злобу, не принимает Духа Святого!
Когда памятозлобие борет тебя, тогда сердце твое наполняется злобой и душа чувствует себя как в аду. Не будем же, сколько можем, мстить огорчающим нас. Не будем помнить зла ни от кого, а если кто возмутит нас, помолимся о нем: «Господи, прости возмутившего меня!»
Диавола лучше всего побеждать терпением. Покуда мы терпим и не мстим, дух мира успокаивает нас. По мере того как будем молиться за врагов и брать вину на себя, мы будем ощущать великий покой в душе. А если помысл говорит, мол, «виноват и такой-то, не только я один», и побеждает нас, тогда Дух Святой покидает нас, мы начинаем испытывать тяжесть в душе и больше не можем терпеть.
Если у человека нет смирения, тогда он только после многих наказаний, ударов и скорбей начинает осознавать, что он не что иное, как животное, скот, а иногда и ниже скота. Тогда он начинает искать Истину, искать Свет, и ему становится стыдно, что он согрешил. И если у него еще есть дни, он начинает каяться, а если нет… Боже упаси!
Дар бесстрастия стяжают те, кто не хочет мстить
Скорби, трудности помогают нам стяжать дар бесстрастия и смирения. Дар бесстрастия стяжают особенно те, кто не хочет мстить.
Если я хочу помочь кому-то, надо помогать ему милостью, надо питать к нему милость, и всё, что скажу ему, говорить с милостью. Я ничего не добьюсь, скрежеща зубами, ибо заповедь Господа – делать всё с любовью.
Осуждение ближнего отгоняет действие Духа Святого
В тяжелых случаях, какова тюрьма, очень помогают вечерние (ночные) молитвы. Будем же всем сердцем молиться Благому Богу! И в это время, чтобы наша молитва была принята, не будем держать зла ни на кого, а если у кого есть зло на меня, у того ничего не получится, лишь бы у меня не было зла ни на кого, и тогда наша молитва будет принята у Бога. Великое дело – молиться, не имея ни с кем никаких неприятностей! Ночная молитва очень ценна.
Пока я считаю, что такой-то навел на меня порчу, моя молитва не имеет силы
Ко мне приходят некоторые и говорят:
– Такой-то навел на меня порчу, и в меня вошел диавол. Я мучаюсь, ходил на соборование, ходил в церковь, но никакой пользы.
Я сказал ему:
– Посмотри, эти молитвы очень помогают, если, когда приходит время ложиться спать, мы не засыпаем с рассеянным умом, но засыпаем с молитвой и не держим ни на кого зла.
Пока я считаю, что такой-то навел на меня порчу, моя молитва не имеет силы. Дух Святой помогает тогда, когда мы не держим зла ни на кого.
Если случилось, что я осудил кого-нибудь или сказал о ком-то плохое, я могу исправить это прегрешение, прибегнув к Исповеди, поминая его в молитвах и не злословя его.
Если мы видим, что кто-нибудь смотрит на нас волком, надо мысленно помолиться о нем, чтобы Благий Бог умирил его. Это очень помогает приобрести того, кто враждует против тебя. Врага можно приобрести так: подарком и добрым словом. Тогда Дух Святой изгоняет духов, охвативших его, и он умиротворяется.
Кто не хочет ходить в церковь и полагать благое начало, того совесть больше не обличает, и Бог его покидает. А тогда, поскольку Дух Святой покинул его, диавол насильно берет над ним верх, и он может или в воду угодить, или под машиной оказаться, или даже повеситься.
Не надо иметь брани против человека, надо иметь брань с духом злобы. Наша брань такова: своими силами мы сделать ничего не можем, но Дух Святой помогает нам по мере того, как мы творим молитву со смирением.
Один батюшка так сказал: «Когда на Церковь придет большая напасть, тогда мы увидим тех, кто стоит на ногах». А так как пока время еще хорошее, не видно, кто стоит, а кто нет.
Святыми стали только те, кто терпели. Благой Господь хочет очистить каждого человека, чтобы он попал в рай. Мы должны, по силе своей, стараться иметь в сердце страх Божий.
Всем, кто трудится для Церкви, Господь дает тот дар, который получили святые апостолы. Апостолам нынешних времен Господь дает пережить скучание по Себе. И когда человек переживет это, то в его сердце поселяется любовь к Богу. И тогда человек уже не прилепляется к этому веку. Тот, кто проснулся (пришел в себя), не должен делать ничего другого, как только плакать. Но плакать не о земном, а о том, что ждет нас после этой жизни. Потому что по-другому я обманываю сам себя и других. Нынешняя наша короткая жизнь – плотская, а впереди нас ждет жизнь вечная – духовная. Правда у Спасителя и у святых, Которых Он сделал таковыми. Некоторые люди говорят, что святые есть и у них. Но святых нашей Церкви сделал Сам Бог, и надо беречься от таких «святых» – тех, которых таковыми прославляют люди.
Один батюшка сказал, что мы все имеем общую радость, но каждый из нас имеет в себе и отдельную, которую получил через свою молитву, хранение ума и покаяние. Если мы своей жизнью здесь утешаем Духа Святого, то Он утешит нас в той жизни. Дух Святой настолько благ, что Он открывает в этой жизни красоты будущего века тем, кто утешил Господа. Такие люди уже никогда не будут болеть неверием. Господь да отнесет вас всех в рай.
Поистине дивными и святыми были жительство и подвиги епископа Иоанна Богоносца, подвизавшегося, подобно ангелу во плоти, в горах Сихлы в первой половине ХХ века. Однако совсем немногим известны жительство и суровые духовные подвиги сего богоносного иерарха.
Блаженный епископ Иоанн[1] был русским по происхождению, за свое изрядное жительство около 1915 года был рукоположен в викарного епископа Киевской митрополии. Затем в 1917–1918 годах на Россию обрушилось лютое атеистическое гонение, началась борьба с Церковью, и каждый прятался от опасности, как мог.
Глядя на это, епископ Иоанн тайком покинул Киев, переоделся в мирскую одежду и, никем не ведомый, перебрался в Румынию, переплыв ночью Днестр на доске. Затем удалился в пределы Олтении и около 1920 года поступил новоначальным послушником в скит Красна уезда Горж, сказав игумену Дионисию (Лунгу), что остался в этой стране вследствие войны.
Игумен поставил его пасти скотину, а через три года сказал будущему блаженному епископу Иоанну:
– Брат Иоанн, бросай скотину и готовься, ибо нынешней ночью мы произведем тебя в монахи!
Однако он в эту ночь исчез и, никому не ведомый, пришел в пределы Молдовы и стал великим исихастом в горах Сихлы, что в Нямецком уезде.
Как он попал сюда и в каком месте подвизался, так никто никогда и не узнал. Местные старожилы сказывают, что у него имелась тайная землянка в густых лесных зарослях, располагающихся между скитом Сихла и оврагом Корой, в тех неприступных горах, где веками подвизались несметные множества святых исихастов, самой известной из которых была святая Феодора Сихлская.
Местные старожилы сказывают, что у него имелась тайная землянка в густых лесных зарослях Еще здешние старики говорят, что один лесник из села Вэратек Нямецкого уезда знал тайное место обитания этого святого и время от времени приносил ему самое необходимое для существования.
Первым монахом, увидевшим епископа в скиту Сихла, был протосингел Вассиан (Скрипкэ), постриженик монастыря Секу, отшельничавший под скалами Сихлы. Старые монахи говорят, что он-то долгие годы и был духовником святого епископа Иоанна.
В 1931 году святитель встретился на вершине Сихлы с архимандритом Клеопой (Илие), тогда еще братом Константином, который пас овец монастыря Сихастрия вместе со своим братом Василием. Епископ шел тогда по тропинке в направлении к скиту Сихла, а за ним шел иеродиакон-бессарабец, его ученик.
Епископ на минутку остановился и сказал своему ученику на русском:
– Скажи брату Василию, чтобы он готовился, ибо ему предстоит великий путь!
Диакон перевел это пророчество братьям Василию и Константину. Затем епископ с учеником ушел в Сихлу, к пустыннику Вассиану. Спустя полгода пророчество епископа Иоанна исполнилось, ибо брат Василий в мае 1931 года преселился ко Господу.
В продолжение 15 лет никто ничего не говорил об этом святом исихасте. А после 1940 года, когда протосингел Феодул (Варзаре) стал служащим священником монастыря Агапия, Бог через сего духовника снова явил миру епископа Иоанна.
Когда миновало тяжелое военное лихолетье 1941–1945 годов, духовником отца Феодула, по Промыслу Божию, стал архимандрит Клеопа (Илие), настоятель монастыря Сихастрия. И вот как-то летом 1945 года отец Феодул взял свою котомку и направился через горы из Агапии в Сихастрию. Дойдя до маленькой поляны, называемой Поляной Трапезы, он увидел блаженного епископа Иоанна, поджидавшего его. Он был невысок, с непокрытой головой, бос, седовлас и одет в длинное одеяние из шерсти, подпоясанное пеньковой веревкой. У него не было ни посоха, ни котомки, одна лишь ниточка самодельных четок.
3 (9).jpg Поляна Трапезы в наши дни. Фото: Магда Буфтя Увидев духовника, он обеими руками благословил его и сказал пророческим голосом[2]:
– Отец Феодул, ты идешь в Сихастрию к отцу Клеопе? Я тоже часто хожу в монастырь Сихастрия и стою в храме на богослужении, однако, по дару Божию, меня никто не видит. Знаю, что твое священство желает перейти из Агапии в Сихастрию, но не ходи туда[3]. Оставайся, где ты есть, и неси послушание, ибо не напрасно Бог направил тебя в Агапию. Там спасение твоей святости!
Открыв ему тайну своей жизни, перед расставанием он сказал ему:
– Отец Феодул, прошу тебя, купи мне пачку писчей бумаги и чернил. Мне надо кое-что написать!
– Купить Вам и ручку, Ваше Преосвященство?
– Нет, только несколько перьев принеси.
Затем, показав рукой на еловые ветви, сказал:
– Посмотри, сколько ручек дал мне Бог!
Затем духовник спросил его:
– А куда и когда принести Вам бумагу?
На что блаженный епископ ответил ему:
– Ты не думай об этом, Бог попечется обо всем!
Он снова спросил его:
– А хотите, я принесу Вам сухарей для пропитания?
– Мне ничего не надо, – отвечал епископ, – ибо у меня, по милости Божией, есть всё!
– Благословите меня, Ваше Преосвященство!
– Да благословит тебя Бог, отче, и прости меня!
И святой епископ Иоанн мгновенно исчез в лесной чаще.
Спустя месяц, купив бумагу и чернил, отец Феодул взял свой посох и котомку и, молясь о том, чтобы снова встретить епископа Иоанна, пошел через гору к монастырю Сихастрия. Когда дошел до Поляны Трапезы, епископ уже ждал его, не видя, с какой стороны он идет. Лицо у него было белое, светлое и излучало радость небесную, не свойственную обычным людям. В левой руке он держал четки, а правую приложил к груди, для сугубой молитвы.
Лицо у него было белое, светлое и излучало радость небесную, не свойственную обычным людям Снова благословив его обеими руками, он поцеловал его в лоб и сказал:
– Отец Феодул, ты идешь в Сихастрию? Лучше возвращайся в Агапию, потому что отца Клеопы сегодня нет в Сихастрии, его вызвали в Нямецкий монастырь.
Тогда духовник сказал ему:
– Ваше Преосвященство, я принес Вам бумагу, чернила и несколько перьев, как Вы просили.
А блаженный епископ Иоанн ответил:
– Благодарю тебя, отец Феодул. Я знал, что ты найдешь все это! – и положил их в котомку, висевшую у него за спиной.
– Я принес Вам и еды: хлеб, плодов и немного вина.
– Бог да вознаградит твою любовь, отец Феодул, но мне ничего не надо. Бог печется обо мне!
Затем блаженный епископ Иоанн сказал:
– Отец Феодул, великую пользу приносит монаху пост. Знай, что у поста семь ступеней, то есть люди по способу питания делятся на семь типов, а именно:
1) мясоед, когда едят мясо всегда. Такие люди стоят на самой нижней ступени поста и, даже если иногда и воздерживаются от еды, никогда не могут возрастать в молитве;
2) лактовегетарианство, когда не едят мяса никогда, а питаются только молоком, сыром, яйцами и разными вареными овощами. Таковые стоят на второй ступени поста, на которой обычно находятся монастырские монахи и очень немногие миряне;
3) вегетарианство, когда питаются только зеленью и овощами, вареными и сырыми. Этот чин составляет третью ступень поста, и его придерживаются самые ревностные монастырские монахи.
Далее следуют самые суровые ступени поста, по которым обычно восходят монахи-исихасты и самые аскетичные отшельники.
4) Плодоядение, когда вкушают раз в день хлеб и сырые плоды и никогда не принимают другой пищи. Кто достиг этой ступени поста, тот с легкостью может властвовать над своим телом и мыслями и быстро возрастать на пути молитвы.
5) Зерноядение составляет пятую ступень поста. Этой ступени достигают монахи, особенно исихасты и пустынники, вкушающие раз в день только черный зерновой хлеб и размоченные зерна пшеницы, кукурузы, проса, чечевицы, бобов, гороха и т. д.
6) Сухоядение – шестая ступень монашеского поста, которой обычно достигают самые ревностные отшельники. Пребывающие в этом подвиге едят только хлебные сухари, размоченные в воде с солью и толикой уксуса, однажды в день и в меру. Так подвизались исихасты в долине Нила.
7) Божественная пища, или манна, – это последняя и самая высокая ступень монашеского поста, которой достигают лишь немногие аскеты после длительного подвижничества, будучи укрепляемы благодатью Святого Духа. Они довольствуются лишь Пречистыми Тайнами, то есть Телом и Кровью Христовой, которые принимают раз или два в неделю, не вкушая больше ничего, кроме воды. После тяжких искушений и трудов, по дару Божию, и я довольствуюсь только Пречистыми Тайнами и уже не чувствую ни голода, ни потребности в хлебе и овощах…
По дару Божию я довольствуюсь только Пречистыми Тайнами и уже не чувствую ни голода, ни потребности в хлебе и овощах
Затем отец Феодул спросил его:
– Ваше Преосвященство, а там, в лесу, где Вы обитаете, Вам не холодно зимой?
– Отец Феодул, я гражданин Карпатских пор, и Бог печется обо мне, ибо, где бы я ни находился, я не испытываю нужду ни в чем. Не чувствую ни зимней стужи, ни солнечного зноя, ни голода, ни жажды, никакой другой земной нужды!
– Ваше Преосвященство, – сказал духовник, – мне очень хотелось бы уйти в монастырь Сихастрия, чтобы быть с монахами [монастырь Агапия – девичий]. Там у меня было бы больше безмолвия и времени для молитвы.
А он мне ответил:
– Если ты был назначен митрополией в Агапию, то оказывай послушание, ибо ты был послан туда по воле и повелению Божию.
Затем, земно поклонившись ему и облобызав ему руку, он испросил у него благословения на путь, а святой Иоанн сказал ему:
– Господь наш Иисус Христос да благословит тебя, и прости!
И преподобный тотчас исчез.
Так расстался отец Феодул во второй раз с этим святым наших дней, который называл себя «гражданином Карпатских гор».
Прошел еще год, а об епископе Иоанне не было ничего известно. Летом 1946 года протосингел Феодул взял свою котомку и, втайне молясь, перешел горы в направлении к Сихастрии. Когда пришел на Поляну Трапезы, то же чудо произошло и в третий, но последний раз. На краешке поляны святой епископ Иоанн дожидался его с таким же светлым лицом и той же радостью и миром духовным. Когда он отдал ему должный земной поклон, блаженный епископ Иоанн сказал:
– Мне хотелось бы вернуться назад, на свою Родину, чтобы скончаться там! У нас ведь тоже хватает лесов…
Мне хотелось бы вернуться назад, на свою Родину, чтобы скончаться там! А отец Феодул спросил его:
– Но как же Вы теперь пойдете туда, когда Россией правят атеисты и Церковь так гонима?
А святой Иоанн сказал ему:
– Верую Богу, что меня никто не увидит, ибо рука Божия покроет меня.
Услышав это, духовник Феодул весьма опечалился и заплакал. А дивный епископ Иоанн укрепил его в уповании и увещал заботиться о душах, вверенных ему в монастыре Агапия, говоря ему, что там его спасение. Затем, поклонившись ему земно, он испросил у него последнее благословение, и так они расстались. Епископ Иоанн пошел в сторону Сихлы, а отец Феодул продолжил свой путь в Сихастрию. После этого дня его больше никто не видел. Один лишь Бог знает, где ютился Его раб.
Спустя пять лет, то есть весной 1951 года, Бог снова явил святого епископа Иоанна следующим образом. Брат Штефан Жунку пас овец монастыря Сихастрия в лесу и вдруг заметил дивную вещь. Собаки перестали лаять, а овцы собрались вокруг неизвестного старого пустынника. То был блаженный епископ Иоанн. Затем брат услышал слова исихаста:
– Чем же я согрешил нынче пред Богом, что показался людям?
Затем сказал брату, пасшему овец:
– Брат Штефан, иди сюда и не бойся! Знаю, что ты исповедуешься у отца настоятеля Иоиля, но прошу тебя, не говори ни ему на Исповеди, ни кому-нибудь другому, что встретился со мной сегодня!
И святой Иоанн тут же исчез в лесу.
Брат Штефан хранил эту тайну только неделю, ибо на Исповеди открыл старцу Иоилю, как он встретился с этим святым исихастом. Старец, услышав об этом, тут же пошел с игуменом Виссарионом, настоятелем Сихлы, и они целую неделю обходили лесные тропинки и пустынные места в надежде увидеть святого епископа.
Еще через месяц блаженный епископ Иоанн встретил в лесу брата Штефана с овцами и сказал:
– Брат Штефан, я просил тебя кое о чем, когда мы виделись в лесу, а ты этого не исполнил. Знай, что скоро ты уйдешь в армию и назад больше не вернешься.
Это пророчество святого Иоанна исполнилось в точности, ибо, отслужив в армии, он женился и остался в миру.
После 1951 года больше ничего не было известно об этом великом и святом епископе Иоанне, и мы не можем знать, вернулся ли он на свою Родину, как хотел, или опочил в лесных дебрях Сихлских гор, где веками подвизались и освящались сотни блаженных подвижников и подвижниц, самой известной из которых остается преподобная Феодора Сихлская.
Перевела Зинаида Пейкова
[1] Из книги: Архимандрит Иоанникий (Бэлан). Румынский патерик [Arhimandrit Ioanichie Bălan. Patericul Românesc. Ediția a VI-a. Editura Mănăstirea Sihăstria, 2011].
[2]Отец Феодул был родом из Молдавии и знал русский язык.
[3]Отец Клеопа совсем недолго пробыл настоятелем Сихастрии, начались гонения, и ему долгие годы приходилось скрываться в непроходимых лесах.
